Эмбер из Арканзаса Глава 1-2


[responsivevoice voice=»Russian Female» buttontext=»Слушать рассказ онлайн»]

– Поцелуй меня, – требовательно сказала она и я послушно откликнулась на ее призыв. Ее полные губы были теплыми и мягкими, проворный язык скользнул мне в рот, сплетаясь с моим. Два пальца вошли в мою влажную дырочку и я застонала, чувствуя, что вот вот кончу снова. Шофер то и дело косился в зеркальце заднего обзора, пока Изабель не прикрикнула, чтобы он смотрел на дорогу. Мне же было уже плевать на то кто и на кого смотрит – я стонала и извивалась под умелыми руками Изабель. Казалось, черная девушка знает мое тело лучше меня самой, безошибочно находя самые чувствительные эрогенные зоны, губами и пальцами играя на мне словно джазмен на любимом саксофоне, извлекая музыку прерывистых вздохов и сладострастных стонов.

Когда мы подъезжали к гостинице, я уже была полностью покорена моей черной богиней. Прикажи она мне сейчас выскочить из машины и пройти голой через весь Новый Орлеан – я бы сделала это, не задумываясь ни на секунду. Однако у Изабель не было этого в планах – напротив, не доехав около двухсот футов до отеля, она приказала водителю остановится возле небольшого магазинчика одежды. Выскочив из машины, она вернулась через несколько минут, держа в руках небольшой пакет.

– Скидывай это дерьмо, – сказала она, ныряя в машину и дергая меня за рукав блузки, – и надевай это.

Я послушно скинула блузку, доставая из пакета большую мужскую рубаху в клеточку. Накинув ее на себя и застегнув все пуговицы я почувствовала себя уже почти одетой. Хотя полы рубахи едва едва доходили до середины бедер, все же они почти прикрывали киску и половину попы.

– Отдашь ключ на ресепшен и вернешься сюда, – проинструктировала меня Изабель. Я кивнула и распахнула дверь, начав вылезать наружу. Но, высунувшись наполовину я вдруг почувствовала руку Изабель у себя между ног. Она не стала ничего давить или сжимать – просто держала меня за промежность, но этого оказалось достаточно, чтобы я замерла в дверях машины, дрожа от возбуждения, но боясь пошевельнуться. Наконец я осмелилась обернуться и увидела широкую улыбку на черном лице.

– Пошевеливайся там, – усмехнулась Изабель, – я не люблю ждать.

Она отпустила руку и звонким шлепком по заднице, задала мне ускоренье. Цокая каблуками и прижимая сумку к груди я побежала к дверям гостиницы. Уж не знаю, что подумала старая администраторша, когда я ворвалась в холл в одной рубахе, едва едва прикрывающей бедра. Думаю, она была даже рада, что они избавились от столь странной постоялицы. Отдав ей ключ я выбежала за дверь провожаемая плотоядными взглядами мужчин, бывших в холле и негодующими – женщин.

Уже совсем стемнело, когда наше такси ехало по улицам Нового Орлеана, куда то по указанному Изабель маршруту. Черная девушка по прежнему то щупала мою грудь, то гладила бедра, на что я только томно вздыхала и опускала голову ей на плечо. Все происходящее напоминало какой то безумный, но очень приятный сон – этот город, переливавшийся огнями, множество людей на улицах, запах цветков чайной оливы цветущей в городских парках и чарующие звуки джаза. И эта черная пантера, уверенно держащая руку на моем плече, сводящая с ума своей неистовой страстью и спокойной уверенной силой. Мне хотелось, чтобы эта ночь не кончалась никогда.

Однако прервать поездку нам все же пришлось – когда мы остановились у большого вещевого магазина.

– Пора тебе и приодеться, блонди, – весело сказала Изабель, выводя меня из машины. Охранник изумленно посмотрел на меня, но пропустил, видимо решив, что я сбежала с очередного местного карнавала. Мы прошли мимо манекенов в кружевном нижнем белье и вошли в первый отдел. Изабель и тут взяла на себя инициативу, выбрав несколько пар чулков, две упаковки кружевных трусиков и лифчик. После чего подвела меня к кабинке для переодевания.

– Примерь все это, – сказала она. Я скинула с себя рубаху и хотела начать мерить, но Изабель и тут не дала мне самостоятельного выбора. Она одевала мне трусики, а я только беспомощно переступала ногами, чувствуя себя куклой в ее руках. Да так и было – я сейчас была большой живой куклой, а Изабель нахальной и очаровательной девчонкой, одевающей новую игрушку. И мне ужасно нравилось такое отношение. Она одела на меня трусики и лифчик, потом усадила на табурет и начала натягивать колготки, а я млела от прикосновений ее рук к моим ножкам. Закончив, негритянка заставила меня подняться и посмотреть в зеркало. На меня глянула безумно сексуальная девушка в черном кружевном белье и черных чулках в крупную сеточку.

– Нравится? – шепнула Изабель мне на ухо и запуская руку между ног. Контраст ее черных пальцев с белоснежной кожей моих бедер привел меня в состояние близкое к умопомешательству: развернувшись, я бухнулась на колени и принялась расстегивать шорты Изабель.

– Сумасшедшая! – со смехом выкрикнула она, – ты не… ооох – протяжный стон вырвался с ее губ, когда я все же стянула ее шорты вместе с трусиками и жадно припала к сочащейся влагой киске. Изабель положила руку мне на затылок, закатив глаза от возбуждения и делая поступательные движения бедрами, вжимая мое лицо в промежность. Я же самозабвенно лизала, глотала солоноватые соки и мы обе даже не заметили, как отдернулась занавеска и внутрь заглянула продавец – симпатичная мулатка с бэйджиком «Джоан» на груди.

– Леди, вы не одни тут, – возмущенно начала она и тут же осекалась, ее глаза полезли на лоб, – что вы… немедленно перестаньте! Я пожалуюсь администратору!

– Не стоит беспокоить его по пустякам, – произнесла Изабель, отстраняясь от меня, – мы же не хотим, чтобы у кого то были неприятности, верно Джо? – добавила она, вынимая несколько купюр и засовывая их под бейджик.

Мулатка заколебалась, бросая взгляды то на меня, то на улыбающуюся Изабель.

– Это против правил, – промямлила она.

– Ну, а кто узнает, если ты не скажешь, – заговорщицким тоном сказала Изабель, – никто. Эта белая крошка, – она кивнула в мою сторону, – совсем недавно приехала из какой то дыры в Арканзасе, но уже узнала, что обожает черные киски. Эмбер, детка, покажи, Джоан как ты их любишь.

На четвереньках я шустро подползла к мулатке и принялась задирать ей юбку. Та было дернулась, но Изабель удержала ее за рукав.

– Тебе понравится, малыш! – улыбнулась она и кивнула мне. Я задрала юбку Джоан, приспустила трусики и колготки, после чего нырнула ей между ног. В нос ударил уже знакомый мне возбуждающий запах негритянской женщины и ее выделений, перемешанных с потом, что возбудило меня еще больше. Острые ногти больно впились мне в волосы, черные ляжки сжались вокруг моей головы, зажимая уши. Вокруг меня сомкнулась влажная терпкая чернота, истекающая соками в мой рот. Нежная плоть трепетала под моим языком и я словно одержимая лизала и сосала, пока, наконец, Джоан со стоном не кончила. Я выползла из под юбки и победно заглянула в ее глаза, преисполненные блаженства.

– Хорошая девочка, – Изабель ласково потрепала меня по голове, – ну пойдем дальше? – она перевела взгляд на продавщицу, одергивавшую юбку, – ты поможешь нам Джоан?

Где то час мы ходили по магазину. Изабель и Джоан подобрали мне пару мини-юбок – одну обтягивающую, вторую со свободно развевающимися полами, которую можно было бы задрать одним движением руки. Джоан подобрала мне и пару шортиков, а Изабель – очаровательную блузку с глубоким вырезом на груди. Потом зашли в обувной отдел, где девушки подобрали мне босоножки на высоком каблуке. И в завершение мы пошли в отдел косметики, где мулатка лично подобрала мне помаду, тени и лак для ногтей. Здесь же, в отдельной коморке две черные девушки нанесли мне макияж, после чего подвели к зеркалу. На меня глянула сногсшибательная девушка, словно сошедшая со страниц модного журнала.

– Куколка! – восхищенно произнесла Джоан.

– Шлюшка, – усмехнулась Изабель, запустив руку мне под юбку и слегка сжав ягодицу. – Моя шлюшка, – добавила она.

От этих слов я снова возбудилась, да так, что была готова бухнуться на колени и вновь вылизать обеих. Но Изабель уже подталкивала меня к выходу. Сложив покупки в большой пакет и расплатившись с продавцом (я сдавленно охнула, когда увидела сколько денег выложила Изабель) мы вышли на улицу. Прохожие оглядывались нам вслед, оглядывая столь красивую пару – стройную голубоглазую блондинку рядом с эффектной длинноногой негритянкой.

– Куда теперь? – спросила я.

– Туда, – кивнула Изабель, подхватывая меня под руку и указывая за угол квартала. Повернув, я увидела реку – Миссисипи разлилась во всю ширь и по ней ходило множество судов, как и утром, в день моего приезда. На набережной свечкой устремлялся ввысь многоэтажный отель, сияющий переливающимися огоньками.

– Нравится? – спросила Изабель и, получив мой удовлетворенный кивок продолжила – вот тут ты и будешь жить.

Поначалу я робела, зайдя в просторный холл, с огромными пальмами и журчащим фонтаном посреди зала. Изабель же чувствовала себя тут как дома – быстро договорилась о чем то с одетым в белоснежный костюм негром портье, затем дала на ресепшен свою кредитку. Подозвав меня, черная девушка потребовала паспорт, и после занесения данных в компьютер, я получила электронный ключ.

– Седьмой этаж, шестнадцатый номер, – сказал портье, – лифт вон там.

– Ты иди, вселяйся, – произнесла Изабель, – а я скоро подойду. Надо тут еще кое что прикупить для лучшего времяпровождения.

Меня естественно обуяло любопытство, но Изабель не стала мне ничего рассказывать – просто чмокнула в щеку и подтолкнула в сторону лифта. Сгорая от любопытства я, тем не менее, послушно отправилась искать свой номер.

Открыв дверь я щелкнула выключателем и замерла от восхищения – столь большим, светлым и просторным был этот номер. Ворсинки пушистого ковра приятно щекотали мне ноги, так что я быстро скинула туфли, чтобы ходить босиком. В углу стоял большой шкаф, рядом с ним приютился холодильник. На другой стене красовалось большое зеркало, а рядом – вмонтированный в стену бар с богатым выбором алкоголя. Стаканы стояли рядом на небольшом столике, тут же возвышался и запотевший графин со льдом.

Но больше всего меня впечатлила кровать – большая застеленная белоснежным покрывалом, она была столь просторной, что казалось на ней могло бы свободно улечься человек десять. Я представила себя с Изабель на этом траходроме и почувствовала как у меня потяжелело в паху. Чтобы отвлечься от похотливых мыслей, я налила половину стакана «Джека Дэниелса» и, бросив пару кубиков льда, подошла к балкону. Распахнув двери, я замерла от восхищения: передо мной простерлась великая река, словно бриллиант в оправе окруженная множеством сияющих огней. По реке двигались пароходы, а далеко в небе распускались огни салюта – где то что то праздновали. Я отхлебнула из стакана и подвинула себе пластиковый стул. Ветер задувал под юбочку, приятно холодя ножки, виски напротив гнало по телу приятное тепло. Жизнь была прекрасна.

Позади меня раздался звук открывающейся двери.

– Ты где куколка? А, вот где, – Изабель заглянула на балкон, – ты еще и пьешь!?

– Совсем немного, – оправдывалась я, – посмотри как красиво, – я сделала широкий жест показывая на простиравшуюся перед нами красоту.

– Пить тебе вредно, – убежденно произнесла негритянка, отбирая у меня стакан, и залпом осушая его, – пойдем, посмотришь, что я приготовила.

Я послушно проследовала в комнату. На кровати стояла большая черная сумка, подозрительно топорщившаяся в разные стороны. Изабель встала у кровати, подмигнула мне и начала медленно расстегивать пуговицы на своей блузке, лукаво посматривая на меня. Я невольно облизнулась, когда блузка упала с плеч и наружу выпрыгнули ее большие упругие груди. Изабель сжала их и немного приподняла.

– Нравится? – спросила она. Я кивнула, невольно сглотнув слюну. Также быстро Изабель избавилась от шорт и трусиков, оставаясь в одних туфлях, в своей первозданной красоте черной богини джунглей.

– Иди ко мне, – она поманила меня жестом королевы. Осторожно, словно ступая по тонкому льду, я двинулась вперед. Когда я подошла почти вплотную, Изабель одной рукой приобняла меня за талию, привлекая к себе, а второй вцепилась в волосы, заставляя задрать голову вверх. Со смаком она поцеловала меня в губы. Я думала, она начнет меня раздевать, но черная девушка вдруг отстранилась и толкнула меня на кровать.

– Залезай туда и становись на четвереньки!

Когда я выполнила ее приказ, Изабель расстегнула сумку, доставая искусственный член из черной резины. Мои глаза полезли на лоб, когда я оценила размер.

– Изабель, что это…

– Шшш, – она прислонила палец к моим губам, – помолчи.

Она застегнула устрашающее приспособление на бедрах и подошла ко мне, задрав юбочку и приспустив трусики до колен. В такой позе я чувствовала себя еще более открытой и беззащитной, чем совсем голой. Изабель запустила мне руку между ног, провела пальцем по моей текущей щели и, схватив меня за бедра, резко вошла.

– Оооххх! – вырвалось с моих губ. Черная девушка трахала меня, резко и грубо, вгоняя искусственный член на полную глубину. Я энергично подмахивала, раскачиваясь в такт ударам страпона, пронзавшего меня получше любого «натурального» члена. Казалось, что Изабель пробирает мою похотливую пизду до самой матки, заставляя меня поскуливать как натуральную сучку. Да я и была сейчас ей – похотливой белой самкой, «бета особью», нашедшей свою «альфу». Я была близка к оргазму, когда Изабель вдруг вышла из меня.

– Скидывай с себя эти тряпки, – приказала она. Стоя передо мной с широко расставленными ногами и гордо вздымающимся черным членом, она выглядела как настоящее воплощение Силы и Власти, животной силы и сексуальности черной Африки. Вся дрожа от возбуждения, я принялась торопливо стаскивать одежду. Когда остались одни чулки и босоножки, Изабель ухватила меня за лодыжки и опрокинула на спину. Задрав мои ноги к самой голове она вновь принялась меня сношать. При этом она выкрикивала всякую похабщину и расовые оскорбления, что заводило меня еще больше.

– Тебе нравится это, белая сука!? Нравится, деревенская шлюха!? – орала она, вгоняя в меня свой член, – хочешь еще?!

– Даааа, моя черная госпожа! – орала я, – возьми свою белую блядь!

Я кончила два раза, прежде чем Изабель достигла оргазма. Она отпустила мои ноги, безвольно упавшие на кровать, вынула страпон и пробормотав «я в душ», исчезла за дверью ванной комнаты. Вскоре оттуда послышался шум воды. Я продолжала лежать на спине, раскинув ноги, мысленно вновь и вновь переживая все происходящее. Мои пальчики лениво перебирали влажные складки моей пизды. Она все еще исткала соками, тут же испачкавшими мои пальцы. Повинуясь внезапному порыву, я облизала их и вновь опустила руку вниз.

– Эмбер, хватит там дрочить! – послышался голос из ванной и я смущенно отдернула руки, чувствуя, что мои щеки и уши зарделись румянцем. Откуда она могла знать?

– Иди лучше сюда, – позвала меня Изабель. Скинув колготки и босоножки, я послушно прошлепала к дверям ванной. Душевая была наполнена облаками пара. Осторожно я шагнула вперед и замерла завороженная открывшимся мне зрелищем. Изабель стояла у стены, прогнувшись в талии и выпятив округлую крепкую попку. Потоки воды и мыльной пены омывали ее гибкое тело и круглые груди, стекали по мускулистым длинным ногам.

– Потри мне спину, – не оборачиваясь, приказала она. Я взяла с вешалки губку и принялась протирать черную спину, смывая с нее мыло.

– Ниже, – приказала негритянка и я послушно опустилась на четвереньки, смывая пену с ее бедер и ног. При этом ее потрясающий черный зад оказался прямо перед моим лицом. Изабель переступала с ноги на ногу и ее ягодицы так соблазнительно перекатывались, что я, не удержавшись, поцеловала их. Изабель насмешливо посмотрела на меня через плечо, но ничего не сказала. Лишь когда пена была смыта и Изабель выключила воду, она еще сильнее прогнулась в спине, так что ее задница уперлась прямо мне в лицо.

– Целуй! – приказала мне она. Я робко чмокнула – сначала одну ягодицу, потом вторую.

– Да не так! – она обеими руками раздвинула свои черные полушария, – давай лижи тут.

Я замешкалась – все же это было слишком непривычно. Видя это Изабель ухватила меня за волосы и вжала мое лицо между ягодиц.

– Лижи этот черный зад белая сучка! – прикрикнула она и я покорно принялась за дело. Это оказалось не так противно, как я боялась – начисто вымытая задница пахла только свежей кожей. Внезапно происходящее захватило меня саму – обхватив черные бедра, я жадно лизала, зарываясь лицом меж круглых ягодиц, мой нос был погружен в отверстие ануса. Изабель стонала и вращала задом, словно собираясь танцевать румбу у меня на лице. Со стоном она кончила, вжав жопу в мое лицо, так, будто хотела протолкнуть его внутрь. Она приказала мне подлизать ей пизду, что я с готовностью и выполнила. Затем она подняла меня на ноги, включила вода и поставила мое лицо под душевые струи. Еще час мы обнимались и целовались в теплых струях, неистово лаская друг друга. Наконец, выключив воду и вытершись, мы отправились в постель, где почти сразу заснули вместе.

Наутро я проснулась первой, сладко потянувшись на мягкой постели и жмурясь от ярких лучей солнца пробивавшихся через жалюзи. Рядом со мной спала Изабель, разметавшись по постели молодым сильным телом. Во сне она скинула с себя простыню, оставшись почти голой и я невольно залюбовалась ее соблазнительными округлостями. Склонив голову, я осторожно взяла губами темный сосок и слегка пососала. Изабель что то пробормотала сквозь сон, но не прикоснулась. Я, чувствуя что снова возбуждаюсь, начала покрывать ее тело быстрыми, нежными поцелуями потихоньку спускаясь ниже. Опустившись к ее распахнувшейся киске я немного полюбовалась розовыми лепестками меж черных половых губ, вдыхая соблазнительный запах. Потом подалась вперед и робко лизнула, потом еще и еще. Изабель простонала, выгнувшись всем телом, я вцепилась в ее бедра, не давая ей увернуться и продолжая лизать. Негритянка открыла глаза и широко улыбнулась, увидев, чем я занимаюсь.

– Только белая девушка может устроить такое шикарное пробуждение, – весело сказала она, – продолжай крошка.

Воодушевленная я продолжила, проталкивая язык так глубоко, как только можно. Я очень старалась и мои старания не прошли даром – Изабель неистово кончила, заливая меня своими соками. Мои волосы, лицо, грудь – все было мокрое, будто я умывалась. В благодарность за утренний отлиз, негритянка нацепила страпон и оттрахала меня им во все дыры. После этого мы пошли в душ и ласкались там еще не меньше часа.

– Мне надо уйти, крошка, – говорила мне потом Изабель, одеваясь, – а ты отдыхай. Свой завтрак ты уже получила, – она усмехнулась, – ну если вдруг захочешь есть, просто позвони вниз и закажи в номер. Не волнуйся все оплачено. Ну, а я пошла, до вечера.

С этим словами она поцеловала меня и выскользнула за дверь. Целый день я в общем бездельничала – загорала на балконе, ела в гостиничном ресторане, спала. Обслуживающий персонал был со мной на редкость предупредителен и вежлив и я вновь и вновь задумывалась, что за важная персона моя черная богиня, чем она заслужила к себе такое отношение? Уже тогда у меня мелькнула мысль, что что то тут не так.

А вечером вновь пришла Изабель. В ярко желтом канареечном платье, почти полностью открывавшим ее великолепные ноги, с глубоким вырезом на груди она была ослепительна и я тут же забыла обо всех своих сомнениях.

Несколько последующих дней пролетели как в сказочном сне. Изабель щедро давала своей белой наложнице на карманные расходы, так что я могла весь день бродить по Новому Орлеану, каждый день напитываясь новыми впечатлениями. Вечером же мы гуляли с Изабель по набережной, веселились в ночных клубах и ресторанах катались на разных судах по Миссисипи. Изабель еще несколько раз заводила меня в какие то магазины, полностью меняя мой гардероб, чтобы ее «секс куколка» выглядела еще соблазнительней. В благодарность за это я с большой охотой ублажала мою черную богиню: лизала ей киску, попу и ноги, по первому ее слову подставляла пизду и жопу под разнокалиберные страпоны, которые Изабель меняла по нескольку за ночь. Изабель меня могла связывать, пороть, называть белой пиздой, деревенской шлюхой и прочими расистскими прозвищами, но в отличие от аналогичной ситуации с дядей у меня это не вызывало внутреннего протеста. Напротив – это еще больше возбуждало меня. Каждый день, проведенный с Изабель, многократно повышал мое сексуальное образование, делая меня все более искушенной в любовных утехах. Видя это Изабель, порой позволяла мне брать на себя инициативу в любовных играх, не позволяя мне, впрочем, переходить определенной грани.

Единственное, что меня смущало – я по прежнему очень мало знала о своей чернокожей хозяйке. Каждое утро она уходила на свою работу – как я поняла, на какой то должности вроде менеджера в одном из офисных центров Центрального делового района Нового Орлеана. Один раз Изабель призналась, что ее отец очень важная шишка в том районе, а я уже сама догадалась, что он и устроил Изабель на непыльную работенку. По некоторым обмолвкам Изабель я поняла и то, что ее отец – не последний человек в городском криминале. Другой раз она обмолвилась, что у нее есть десятилетняя сестра «жуткая вредина и ябеда» и что Изабель очень хочет братика. Однако подробно в этот разговор она не вдавалась.

Узнать больше мне удалось случайно, во время очередного знакомства с достопримечательностями Нового Орлеана. Решив, что ночной жизнью и развлечениями я сыта по горло, я упросила Изабель показать мне «колдовские места» Нового Орлеана, связанным с магией вуду, зомби и вампирами. Изабель отнеслась к моим предложениям без всякого энтузиазма, однако я так настаивала, что она нехотя согласилась. Сама не знаю, откуда появился этот интерес – словно откуда то из угрюмых лесов и пещер Озарка ночью в мое сердце вползла змея черного колдовства, отравившая меня тем же богохульным ядом, что в свое время побудил мою бабушку отречься от Христа и присягнуть Дьяволу.

Изабель привела меня на старое кладбище Сен Луи, одно из культовых мест здешнего вуду. Словно завороженная бродила я среди мрачных склепов, заглядывая внутрь и содрогаясь от сладкой жути. В голову лезли мрачные мысли, воспоминания о зловещих тайнах из бабушкиных записей, искаженном лице дяди, застывшим мертвым на кровати.

– Я тебя впервые такой вижу, – произнесла Изабель и я вздрогнула – невероятно, но я почти забыла о ее присутствии.

– А… какой? – я рассеяно повернулась в сторону черной девушки.

– Ну такой… сосредоточенной, – подумав ответила Изабель, – не могу подобрать слов. Ты здесь совсем другая.

– Наверное, место тут такое, – я пожала плечами, – наводит на серьезный лад.

– Место не из веселых, – кивнула Изабель, – недаром тут любит отвисать половина готов в Штатах. А в иные дни и они не рискуют сюда приходить. Тут творится колдовство вуду и шепчутся духи, а каджуны говорят, что в полнолуние можно услышать вой ругару.

– Кого? – недоуменно спросила я.

– Оборотня, – улыбнулась Изабель, – говорят, что услышать его не к добру.

Изабель видно думала напугать меня, но мне стало только интереснее. От бабушки я слышала и не такую жуть, а в ее записях прочла и побольше. Так, что если Изабель думала, что ее рассказы заставят меня быстро убраться отсюда, то просчиталась.

– Гляди, какая большая, – выпалила я, подходя к очередному склепу, неожиданно выступившему из за других надгробий. Мне даже показалось, что он пророс сквозь них будто огромный гриб. У входа в склеп стояли какие то плошки с рисом и кусочками мяса, бокал с вином и еще какая то снедь. На темном камне виднелся нарисованный красным мелом крест. Тут же виднелась и табличка с надписью.

– В этом месте нашла свой последний покой Мари Филома Глэпион Лаво, погребенная 11 июня 1897 года, – вслух прочла я.

– Великая женщина, – глухо произнесла Изабель, – королева вуду. Говорили, что она прожила целый век и до последнего оставалась молодой и красивой. Говорят еще тут и поныне витает ее дух и молодые девушки оставляют подношения, чтобы Мари помогла им найти любимого.

– Она была сильной колдуньей? – я с уважением покосилась на огромный склеп.

– Очень сильной, – кивнула Изабель, – легенда новоорлеанского вуду. Моя мать тоже колдунья, – помолчав, вдруг сказала она, – и свое посвящение в жрицы вуду она принимала именно тут. И она тоже… сильная.

– Интересно было бы познакомиться, – ляпнула я. Изабель изумленно посмотрела на меня, усмехнулась и покачала головой.

– Ты удивляешь меня все больше. Но с моей матерью тебе лучше не встречаться. Она не любит белых. А отец – так прямо ненавидит. Если он узнает, что я с тобой… – она оборвала фразу на полуслове, но мне и не хотелось слышать дальше.

– А она, – я кивнула на могилу, желая переменить тему – тоже не любила белых?

– Она сама была наполовину белой, – усмехнулась Изабель, – так что вряд ли. Но она хорошо знала тайные страсти белых мужчин и умело ими пользовалась. В потайных будуарах она устраивала встречи богатых белых мужчин с красивыми девушками из чернокожих, мулаток и квартеронок. Размякнув мужчины рассказывали многое своим любовницам, а те передавали их слова Мари. Она знала все обо всех и была самой могущественной женщиной в городе.

– Вот как, – я еще большим уважением покосилась на склеп с красным крестом, – интересно, а белые девушки там не встречались с черными?

– Ты неисправима, – рассмеялась Изабель, – в таком то месте. Нет, до таких изысков тогда еще никто не дошел.

– А жаль, – я лукаво глянула на черную девушку, – только представь себе, что я такая вся из себя белая фифа, дочь губернатора или местного денежного мешка, прихожу в этот тайный будуар. А там ты – дочь колдуньи с плантаций, вчерашней рабыни.

Говоря все это, я придвинулась поближе к Изабель, прижимаясь к ней всем телом. Та отстранилась.

– Эмбер, не здесь…

– Ну же, Изабель, – прошептала я ей на ухо, – неужели тебе не захотелось бы на ее месте отплатить белой шлюхе из высшего общества, за все страдания причиненные твоей расе? Хоть чуть чуть, но почувствовать себя госпожой?

Говоря все это, я ухватила руку Изабель и направила ее вниз, себе под платье. Одновременно я терлась всем телом об черную девушку, сходя с ума от возбуждения, целуя и покусывая ее нежное ушко и шею. Неожиданно мы поменялись местами – теперь не меня, но я сама домогалась негритянки. Меня заводила эта обстановка – таинственное старое кладбище, загадочный склеп где дух колдуньи шепчется с умершими. Стремительно темнело и на небе появилась большая Луна, похожая на белый череп. В ее свете и в этом антураже черная девушка казалась мне пугающе незнакомой и от этого – еще более желанной.

– Неужели тебе бы не хотелось наказать эту гордячку? – лихорадочно шептала я, толкая руку Изабель все глубже себе между ног, – заставить ее стонать и течь, как последнюю сучку? Неужели тебе нечего было бы сказать ей…

Внезапно сильные пальцы сжали мою промежность и тут же вторая рука Изабель ухватила меня за горло. Глаза черной девушки сверкнули огнем нахлынувшей страсти, когда она ловко опрокинула меня на взрыхленную землю между двумя надгробиями, прямо перед склепом Лаво.

– Я бы сказала той белой суке, – блеснули в полумраке белые зубы, – что она слишком много болтает. А еще, что у меня есть, чем заткнуть ей рот.

С этими словам она уселась мне на лицо, задирая юбку и отгибая полоску трусов. Знакомый аромат ударил в ноздри, когда я жадно запустила язык в ее влажное сокровище. Но прежде чем черные бедра плотно обхватили мою голову, отсекая от всех звуков, я услышала вдалеке протяжный вой.

[/responsivevoice]

Category: Инцест

Comments are closed.